«Чернуха» в кино как социальный диагноз

"Чернуха" в кино как социальный диагноз

Портал АРД представляет эссе Сергея Басаева по поводу выдвижения кандидата от России на премию «Оскар — 2016″. Возможно ли сегодня с России актуальное кино без «чернухи»?  Никакой чернухи, только светлое патриотическое кино!

Этой осенью года список реальных кандидатов на то, чтобы представлять Россию в следующем 2016 году на «Оскаре» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке», в отличие от прошлого года был ожидаемо короток. Явных открытий, кроме пожалуй, анимационно-игрового фильма «Арвентур» не было.

Из 60-ти отечественных фильмов, которые вышли в прокат с октября 2014 года по сентябрь 2015 года, российский оскаровский комитет (председатель — кинорежиссер Владимир Меньшов, лауреат премии «Оскар-1980″) должен был выбрать только одну картину. Среди них, кстати, было и два вышедших в этом году бурятских фильма — криминальный боевик «Решала-2″ и остро социальная драма «Живи».

Выбор у членов российского оскаровского комитета был явно ограничен. К тому же не просматривалось откровенного фаворита, способного пройти отбор не только в России, но и у членов американской киноакадемии. Как это произошло в прошлом году со скандально «чернушным» российским фильмом Андрея Звягинцева «Левиафан», получившим номинацию на «Оскар». После нескольких подряд, начиная с 2007 года, фиаско отобранных в России картин.

Среди российских претендентов на номинацию кинокритиками назывались в основном четыре фильма. Это упоминавшаяся уже визуально красивая картина, «оживщая» анимация Ирины Евтеевой «Арвентур», далекая не только от «чернухи», но и реальной жизни вообще (чем она и интересна) и фильм Юрия Быкова «Дурак», перешедший в кандидаты еще с прошлогоднего отбора и явно относящийся к «чернухе». Причем, к той “чернухе”, которая стоит  в шаге от того, чтобы к ней приклеили ярлык «антироссийской». Как к автору мировой сенсации, фильму «Левиафан», чуть было не получившему в этом году «Оскар».  

Альтернативой этой «сладкой парочке» были два патриотических кинополотна – «Солнечный удар» Никиты Михалкова и «Битва за Севастополь» Сергея Мокрицкого. В результате остро социальный «чернушный» фильм «Дурак» Быкова выдвигать на “Оскара” не стали, помня, видимо, скандал начала этого года с «Левиафаном». И в «лонг-лист» претендентов на премию «Оскар» вошла от России картина Никиты Михалкова, на котором после его фильма «Утомленные солнцем-2: Цитадель» западные критики, видимо, поставили крест.

Поэтому шансов у «Солнечного удара» попасть в оскаровский «шорт-лист» (получить номинацию) практически нет. Тем более, что сегодня актуальное российское кино связывается, с тем, что чиновники от культуры презрительно называют «чернухой».  

“Чернуха” – жизнь наизнанку

Поэтому предлагаю специальное исследование на тему: «Чернуха в кино как социальный диагноз» (шутка). Повторить это исследование приблизительно с теми результатами может любой человек, просмотрев списки отечественных фильмов по годам и выделив в них те фильмы, которые условно можно отнести к категории «чернухи». Конечно, здесь мы неизбежно столкнемся с некоторыми оценочными вещами, но тем не менее, есть и объективные индикаторы — социальная направленность, показ изнанки жизни, депрессивность, слом ранее принятых приличий и стереотипов и т.д.

Итак, основной вывод исследования. Количество «чернухи» в отечественном кино даже при наличии идеологических и духовных «скреп» увеличивается по мере приближения к смене общественного строя, революции, и напрямую не зависит от нарастания экономических и социальных проблем. На уникальном в своем роде опыте нашей страны, — Советского Союза, России, — график нарастания «чернухи» в кино достигает своего пика к условно «революции» (1991 году), а в 90-е годы резко падает!

Любопытно, что, несмотря на все трудности, «чернушное» кино появлялось в ельцинский период значительно реже, чем в 1989-1991 годах. В дальнейшем же, с увеличением несвободы, количество «чернухи» вновь постепенно увеличивается и сегодня подходит к критическому уровню. Вспомним о российских кандидатах на выдвижение на «Оскар».

«Мы ждем перемен…»

Проиллюстрируем этот вербальный график примерами. Так в 1985 году, в первый год перестройки, самым, если можно так выразиться, «чернушным» кино стал фильм Элема Климова «Иди и смотри», снятый в 1984 году аккурат к 40-летию Победы. Других «чернушных» фильмов 1985 года найти не удалось, выходили косяками одни «самые обаятельные и привлекательные».

Однако, уже в 1986 году на экран выходят первые перестроечные фильмы, снятые в 1985 году, в основном на молодежную тему. В них и появляется то, что сейчас принято называть «чернухой». Хотя с высоты нынешнего опыта это были, конечно, просто детские игры в духе «взвейтесь кострами».  Короче говоря, первая чернуха пришла в кино с неформалами и бюрократами-формалистами: «Курьер» (К. Шахназаров), «Плюмбум, или опасная игра» (В. Абдрашитов), «Праздник Нептуна» (Юрий Мамин). Вершиной социальной критики в советском кино 1985 года стал фильм Георгия Данелия «Кин-дза-дза» с «этой странной фразой» одного из героев: «Общество без цветовой дифференциации штанов не имеет будущего»!

По настоящему острые социальные фильмы с «чернухой», как главным признаком перестроечного кино, появились в следующем 1987 году. Рекордсменами по количеству «чернухи» стали замечательные фильмы «Асса» (С. Соловьев), «Фотография с женщиной и диким кабаном» (Арвидс Криевс), «Друг» (Л. Квинихидзе), «Холодное лето 53-го» (А. Прошкин), «Забытая мелодия для флейты» (Э. Рязанов), «Зеркало для героя» (В. Хотиненко). В них впервые появляется подпольная рок-культура, Виктор Цой с его эпохальным «Мы ждем перемен», первая робкая критика партийных функционеров, первый показ изнанки жизни — мафии, подпольных миллионеров, первый «блатняк» (не в комедийном плане).

«Навалилась чернуха…»

Волна откровенной «чернухи» наполнила экраны в 1988 году. Только названия: «Фонтан», «ЧП районного масштаба», «Воры в законе», «Криминальный талант», «Бомж», «Манкурт», «Собачье сердце», «Слуга», «Дорога в ад», знаменитая «Игла» с тем же Цоем, поющим мрачные песни, и со сценой наркотической ломки. Откровенно декадентский и мистический «Господин оформитель» Олега Тепцова. И, наконец, самый обсуждаемый и самый скандальный фильм времен перестройки «Маленькая Вера» Василия Пичула! Но чемпионом «чернухи» знакового 1998 года можно считать шокировавшую зрителя картину Саввы Кулиша о наркоманах «Трагедия в стиле рок».  

Окончательно советского зрителя накрыл девятый вал «чернухи» в 1989 году. Тогда впервые по ощущениям «чернушные» фильмы в советском кино начинают количественно преобладать, а талантливых фильмов на социальную тему без «чернухи» просто не стало. «Город Зеро» (номинант “Оскара”), «Беспредел», «Астенический синдром», «Замри-умри-воскресни», «Гу-га», «Интердевочка», «Катала», «Криминальный квартет», «Ночевала тучка золотая», «Авария — дочь мента», «Под небом голубым», «Псы», «Искусство жить в Одессе», «СЭР (Свобода — это рай)», «Фанат», «Черная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви», «Песнь, наводящая ужас», «Смиренное кладбище» Александра Итыгилова, — это список только самых известных «чернушных» фильмов 1989 года.

В 1990 году не «чернушные» советские фильмы все еще имели место быть. Это касалось в основном исторических фильмов, комедий, отдельных экранизаций классики и иностранной литературы. Но главным содержанием советского актуального кино стала именно так называемая «чернуха». Вот самые талантливые из «чернушных» фильмов: «Затерянный в Сибири» (А. Митта), «Облако-рай» (Н. Досталь), «Исповедь» (С. Параджанов), «Пегий пес, бегущий краем моря» (Карен Геворкян), «Похороны Сталина» (Е. Евтушенко), «Сестрички Либерти» (А. Грамматиков), «Я объявляю вам войну» (Я. Лапшин), «Сто дней до приказа» (Х. Эркенов). Тем не менее, почти все вышедшие в 1990 году фильмы по своему духу, по менталитету остаются полностью советскими.  Выделяется фильм Павла Лунгина 1990 года «Такси-блюз» (номинант “Оскара”) с уникальным Петром Мамоновым в главной роли и замечательной фразой одного из героев: «Навалилась чернуха — гони ее»!    

Первые фильмы, в которых менталитет героев был уже не советским, появились в 1991 году (хотя снимались они в 1990 году, за год до распада СССР), а не «чернушных» фильмов практически не стало. Как это ни странно, одним из пионеров такого подчеркнуто несоветского «чернушного» кино стал Никита Михалков с его фильмом «Урга — территория любви». Диагнозом приближающего распада стал один из самых «чернушных» фильмов года — «Дикое поле» Николая Гусарова. Вот примеры чернухи года «падения империи»: «Гений», «Грех», «Дом свиданий», «Женская тюряга», «Изыди», «Кукушкины дети», Людоед», «Путана», «Небеса обетованные», «Ниагара», «Улица погасших фонарей», «Опиум».

Интересно, что премьера фильма «Невозвращенец» с пророческим сюжетом об угрозе консервативного переворота состоялась на Ленинградском телевидении в ночь на 21 августа во время путча ГКЧП. В год распада Советского Союза по части «чернухи» советское кино находилось на самом дне.

«Все будет хорошо…»

Первый откровенно не советский фильм о жизни современной Москвы снимался еще в СССР в 1991 году, но вышел на экраны уже в России в 1992 году. Это фильм «Лимита» Дениса Евстигнеева. 1992 год — первый год в отечественном кино, когда произошел обвал, резкое снижение количества «чернухи», хотя большинство фильмов, вышедших в том году, снимались еще в Советском Союзе. Но перемены, которых мы ждали, уже наступили. «Чернухи» как-то резко стало меньше, исчезает ощущение безнадеги. «Чернушные» фильмы 1992 года почти все по сути оптимистичные, и их не так много: «Луна-парк» (П. Лунгин), «Комедия строгого режима» (А. Студенников), «Дюба-Дюба» (А. Хван), «Менялы» (Г. Шенгелия), «Маленький гигант большого секса» Н. Досталь), «Мужской зигзаг» (Ю. Рогозин).

В 1993-1996 годах в российском кино возрождается такой жанр как комедия, потоком идут мелодрамы, детективы. Самые «чернушные» за эти четыре года фильмы: «Грехъ. История страсти» Виктора Сергеева и «Мусульманин» Владимира Хотиненко. Другие же «чернушные» фильмы, — «Окно в Париж» Юрия Мамина, «Стрелец неприкаянный» Георгия Шенгелия (оба 1993 год), «Особенности национальной охоты» Александра Рогожкина (1994 год) по сути являются светлыми комедиями, а «чернушные» атрибуты в них — это, скорее, инерция конца 80-х годов. Главный лейтмотив так называемой «чернухи» этих лет в названиях фильмов Дмитрия Астрахана «Ты у меня одна» (1993) и «Все будет хорошо» (1995). 1994 год был отмечен появлением отчасти «чернушных» «Утомленных солнцем» Никиты Михалкова, последнего на сегодняшний день обладателя премии «Оскар», а в 1996 году кроме «Кавказского пленника» ни вышло на экраны ни одного откровенно «чернушного» фильма.

В 1997-2000 годах после короткого перерыва вновь начинает появляться настоящая «чернуха». Это «Страна глухих» (В. Тодоровский), «Чистилище» (А. Невзоров), «Вор» (П, Чухрай), и конечно же, «Брат» (А. Балабанов) — все фильмы 1997 года. На следующий год выходят «Хрусталев, машину» (А. Герман), «Мама, не горюй»! (М. Пежемский), «Про уродов и людей» (А Балабанов) и «Блок-пост» (А. Рогожкина). Большая часть этой «чернухи» — реакция на первую чеченскую войну и связанную с этим определенную депрессию в обществе. В 1999 году лидер «чернухи» «Ворошиловский стрелок» (С. Говорухин), в 2000 году (снимались в 1999-м) — «Брат-2″ преданного слуги «чернухи» Алексея Балабанова, «Дневник его жены» (А. Учитель), «Москва» (А. Зельдович) и «Свадьба» (П. Лунгин), «Старые клячи» (Э. Рязанов).

В целом же ельцинская эпоха в российском кино, вопреки навязываемому в последние годы стереотипу о страшных девяностых, по количеству и по мрачности киношной «чернухи» наоборот была самым светлым временем, временем надежд.

«Даун-хаус», или «жизнь с идиотом»

Первая пятилетка правления Владимира Путина (2001-2005 гг.) — это тоже относительно безоблачные годы по части «чернухи» на киноэкранах. До полной безысходности 1990-1991 года пока далеко. В этот период  выходят «Афера» (Е. Лаврентьев), «Мусорщик» (Г. Шенгелия), «Сестры» (С. Бодров мл.), «Даун-хаус» (Р. Качанов), «Яды, или всемирная история отравлений» (К. Шахназаров), «Пять бутылок водки» (С. Баскова), «Мусорщик» (Г. Шенгелия) — все 2001 год; «Война» (А Балабанов), «Дом дураков» (А. Кончаловский), «Шик» (Б. Худойназаров), «Олигарх» (П. Лунгин), «Копейка» (И. Дыховичный), «Антикиллер» (Е. Кончаловский) — все 2002 год; «Бумер» (П. Буслов), «Особенности национальной политики» (Д. Месхиев), «А поутру они проснулись» (С. Никоненко), «Кармен» (А. Хван), «Антикиллер-2″ (Е. Кончаловский) — все 2003 год; «Шиза» (Г. Омарова), «Мой брат Франкенштейн» (В. Тодоровский), «Ночной дозор» (Т. Бекмамбетов), «Водитель для Веры» (П. Чухрай), «Золотая голова на плахе» (С. Рябчиков) — все 2004 год; «веселый» фильм «Жмурки» Алексея Балабанова, «Мама, не горюй — 2″ (М. Пежемский), «Бумер-2″, (П. Буслов), «Дневной дозор» (Т. Бекмамбетов), , «Побег» (Е. Кончаловский), «Ночной продавец» (В. Рожнов), патриотическая «чернуха «9 рота» (Ф. Бондарчук) — все 2005 год.

Фильмы этого периода показывают еще «скромное обаяние буржуазии» и пока продолжают отражать надежду 90-х годов на социальный мир, дружбу и жвачку.

Если же говорить об Андрее Звягинцеве, то свой первый «чернушный» фильм «Возвращение», сразу же ставший одним из лучших европейских фильмов и собравший престижные европейские и отечественные призы, — кинофестиваля в Венеции («Золотой лев», За лучший дебют»), Европейской киноакадемии «Феликс» («Европейское открытие года»), Национальной кинопремию «НИКА», — этот автор снял в 2003 году.

Появилась неправильная «чернуха»

Впервые выражение «антироссийская чернуха» прозвучала в конце второй путинской пятилетки в отношении фильма Сергея Лозницы «Счастье мое» (2010 год). Тот же Андрей Звягинцев назвал этот фильм «лучшим русскоязычным фильмом последнего времени», а в конкурсную программу Каннского фестиваля он вошел не от России, а от Украины.

Именно к этому периоду относят возникновение в российском кино явления (реакция на короткую «либерализацию» при Медведеве?), которое называют «новой русской волной». В целом, не вдаваясь в рассмотрение оттенков и отличий, оно выражает условно «антибуржуазный» или наоборот «антинародный» взгляд на современную жизнь, и свидетельствует о нарастании социального недовольства, причем на фоне «тучных» лет, наполнивших страну нефте- и газо-долларами.

Это «Остров» (П. Лунгин), «Охота на пиранью» (А. Кавун), «Флэшка» (Г. Данелия), «Парк советского периода» (Ю. Гусман), «Сволочи» (А. Атанесян) — все 2006 год; «Изгнание» (А. Звягинцев), «Груз-200″ (А. Балабанов), «Кремень»(А. Мизгирев), «Лузер» (А. Абдулов), 12 (Н. Михалков) — все 2007 год; «Морфий» (А. Балабанов), «Дикое поле» (М. Калатозишвили), «Караси» (С. Крутилин), «Асса-2″ (С. Соловьев) — все 2008 год; «Россия-88″ (П. Бардин), «Царь» (П. Лунгин), «Любка» (С. Митин), «Монро» (А. Канетович), «Палата № 6″ (К. Шахназаров) — все 2009 год; и, наконец, остро социальная «чернуха» — «Счастье мое» (С. Лозница), «Елена» (А. Звягинцев), «Гоп-стоп» (П. Бардин), «Жить» (Ю. Быков) — все 2010 год.

Под знаком «Маленькой Веры» и «Левиафана»

Все 2010-е годы в российском кино — это период, когда упадническая «чернуха» с настроением полной безнадеги вновь, как и в конце перестройки, становится общим местом не только для «новой русской волны», но и для вполне себе встроенных в истеблишмент авторов. После фильмов «Россия-88″, «Счастье мое» и «Елена» снимать «Любовь-морковь» о социальном мире и скромном обаянии буржуазии стало как-то совсем уж неприлично. Последняя попытка поженить высший класс чиновников с народом — фильм Авдотьи Смирновой «Два дня» (2011 год).

«В тренде» другое, крутое «чернушное» кино — «Жила-была одна баба» папы Авдотьи Смирновой (здесь отцы выступают бунтовщиками), Андрея Смирнова, «Дом» (О. Погодин), «Жить» (В. Сигарев), «Сибирь. Монамур» (С. Росс), «Духless» (Р. Прыгунов), «Genеration П» (В. Гинзбург), «Последняя сказка Риты» (Р. Литвинова) — все 2011 год; «В тумане» (С. Лозница), «Кококо» (А. Смирнова), «Сомнамбула (Алексей Смирнов), «Август. Восьмого» (Д. Тайзиев) — все 2012 год; «Она» (Л. Садилова, о таджикских гастарбартерах), «Околофутбола» (А. Борматова, о футбольных хулиганах), шокирующий фильм «Деточки» (Д. Астрахан) и полный безнадеги «Дом, милый дом» (Home sweet home) — все 2013 год.

И, наконец, 2014-й и 2015-й годы. В прошлом году вообще все открытия российского кино связаны  практически только с «чернухой». Назовем названия: «Левиафан» (А. Звягинцев), «Да и да» (В. Гай Германика), «Дурак» (Ю. Быков), «На дне» (В. Котт), «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына» (А. Кончаловский), «Нечаянно» (Ж. Крыжовников). Но чемпионом по «чернухе», и наверное, не только этого года, признан отнюдь не интеллигентский «Левиафан», а уникальный в своем роде фильм Андрея Килина и Сергея Потапова «Река», снятый по сценарию другого московского интеллигента Сергея Мавроди, архитектора самой известной в России пирамиды.

Среди российских фильмов 2015 года, как уже говорилось, почти нет тех картин, которые можно было назвать художественным событием. Включая и отобранный на “Оскар”, весьма амбициозный, но не очень умный “Солнечный удар” над которым откровенно глумились интеллектуалы в художественной блогосфере.

В целом же, в этом году имела место попытка (неудачная) увести зрителя от “чернухи”. Причем, увести сразу в двух направлениях. В мир снов и оживших восточных картин, как в технологически новом для России, но идейно старом, откровенно декадентском фильме “Арвентур”, вызывающим ассоциации с “миром снов Африки” из соловьевской “Ассы”. Или в исторический пафос с любимыми у простонародной аудитории зомбоящика мотивами про “хруст французской булки” (”Солнечный удар” Михалкова) и “город русских моряков” (”Битва за Севастополь” Мокрицкого).

Впрочем, далеко уйти от чернухи зрителю не удастся. Тем более, что кроме фильма “Дурак” и его посылом “власть прогнила” есть еще и рискованная “комедия” Андрея Прошкина “Орлеан”, снятая в жанре “фильмов дурного вкуса”. И если “Арвентур” – это своего рода “искусство для искуства”, art for art`s sake, то “Орлеан” – это талантливая “чернуха для чернухи” в духе “Даун-хауса” (режиссер Роман Качанов) с отцом Иваном Охлобыстиным в одной из главных ролей. Это не обращенная к оскорбленным чувствам “новая русская волна”, а просто подтвержденный медицинский диагноз для нашего времени.  

В этом смысле “чернушное” бурятское кино этого года, – ”Решала-2” (вошел в десятку лидеров проката по России) и “Живи” (о тяжелой жизни городских низов), – вполне себе относится к актуальному российскому кино.  

Таким образом, наличие «чернухи» в отечественном кино говорит не о низком художественном уровне фильмов. В список «чернухи» вошли все, или почти все, достижения советского перестроечного и российского кино. Правда, есть небольшое количество больших авторов, далеких от актуального кино (Виталий Мельников, Светлана Дружинина, Александр Сокуров, Сергей Параджанов), которые в течение всех этих лет оставались почти не затронутыми «чернухой».

В целом же, если говорить об уровне «чернухи» в кино как социальном диагнозе общества и индикаторе наступления социальных перемен, то, по внутренним ощущениям, двигаться дальше в область «чернухи» если и есть куда, то, скорее всего, недолго. Год-два.

Сергей Басаев

Источник: asiarussia.ru

Комментарии закрыты.