Людмила Бакирова

52304-40_1

Поэт, художник, журналист. Родилась в Кировской области. Окончила медицинское училище и Ташкентский государственный университет. Стихи публиковались в сборнике «Поэзия-88», журналах «Звезда Востока» (Узбекистан), «Книголюб» (Казахстан), «Новая Юность» (Россия), альманахах «Молодость», «Малый шелковый путь», «Ark», антологиях «Птица в клетке / Nightingale in Cage» (Алматы, 2008) и «Анор/Гранат» (М., 2009). Участник 2-го, 3-го, 4-го, 5-го и 6-го Ташкентского открытого фестиваля поэзии (2002, 2003, 2005, 2006, 2008). Живет в Ташкенте.
* * *


Шумны и роскошны дворы.
Там – свадеб веселое время,
Там – яблок тугие шары
и листьев тяжелое бремя.
Над пыльной решеткой оград,
под сводами клена и ивы
снимают тугой виноград
и синюю оттепель сливы.
И персики с веток летят.
И вдруг, замечая потери,
однажды встревоженный сад
стучит в мои окна и двери…

 

* * *


К банальной фразе:
«Осень золотая»
влечет перо,
а осень далью всей
с озер, с деревьев – вверх бросает стаи,
тяжелых уток, галок и гусей.
Одних на юг, других по селам местным,
и по дорогам сентября пыля,
клич, гомон, крик из переулков тесных
уносит ветер с шумом на поля.
Там я брожу.
И под вечерним солнцем,
вдруг засмотрюсь – слетает лист густой,
как будто лес червонец за червонцем
земле небрежно платит за постой.

В нем кто-то бродит…

 

* * *


Дождь.
Не выходит никто.
Ветер, поднявшийся ночью,
тащит с деревьев пальто
и разрывает на клочья.
Всюду пожухла трава и занавесила лужи,
зреют простые слова о приближении стужи.
Низко плывут облака.
Где-то стрекочут сороки….
Жизнь, хоть она коротка,
не помещается в строки.

 

* * *


Нет худа без добра.
И сон бывает «в руку».
Вчера ушла жара. И дождь навеял скуку.
Идет он до сих пор и пузырится в луже.
И жизнь, как коридор.
А коридор все уже.

 

* * *


Миг ли, годы здесь ты не был, может, минули века,
перевернутое небо – звезды, рыбы, облака.
Тротуар. С горы – дорожка вкруг колодца, вкруг куста,
за деревьями – окошко обмелевшего пруда.
На песке чернеют бревна.
Утро тихо и светло
белым с синькою неровно побелило все село.
И тумана невод зыбок не утешил рыбака –
на звезду клевала рыба и ныряла в облака.

 

* * *


И ветер воет.
И скрипит доска.
В размытых красках скудость постоянства.
рябина лишь румянится пока –
смесь простоты и легкого жеманства,
да кисть в морщинах, ягода горька…
Дни поздней осени,
и дереву тоска
стыть на ветру без пышного убранства,
но, наконец, улягутся снега,
собой раздвинув хмурые пространства.
И вновь с лугов вывозятся стога,
в пекарне сельской свежий запах хлеба,
под лед уходит медленно река,
и так низки в России облака,
что кажется коротким путь до неба…

 

* * *


Печаль во мне.
Начать стихотворенье –
быть может, так:
Пришла на юг зима,
как в стенку лбом – молчат – сопротивление –
дворы, ограды, улицы, дома.
А в сад взгляни,
там побелели травы.
и у дерев, теснящихся гурьбой,
трещат под снегом хрупкие суставы,
они – деревья – заняты собой.
Быть может, там – за пеленой отвесной –
дай пищу зренью – замки, терема…
Но за окошком, изменяя местность,
свой белый кокон вьет и вьет зима.
И лишь с рассветом ветром разутюжив
и близь и даль,
уляжется сама
в простой рефрен – пришла на юг зима.

Седое небо в застекленных лужах.

 

* * *


Все тот же ряд домов.
И озеро все то же
средь трех крутых холмов себе избрало ложе.
Заросший тот же пруд в кувшинках, ряске, иле –
зеркальных рыб приют под царством белых лилий.
И твой вобрал сапог, пройдя весь путь в итоге,
и странствия песок,
и пыль родной дороги…
На старый глупый пень
присядешь, как бывало, –
и вдруг поймешь: не день –
полжизни миновало.

 

* * *


И не считай своих горьких потерь,
даты забудешь и лица.
Кто там стучится в закрытую дверь,
Кто в мои окна стучится?
Выйду, помедлив, за лунный порог…
вьется пустая дорога.
Слышала вроде: «Воды бы глоток!» –
нет никого за порогом.
Только глоток…
Потеряю покой.
Тихо, безлюдно во мраке,
звезды цветут над бессонной рекой,
в поле тяжелые маки.
Буду я голосу злаков внимать,
слушать веселое жито:
снова вернутся и друг твой, и мать,
если они не забыты.