Стерлигов:в Москве должно жить не более 1 млн человек

Глава крестьянского хозяйства рассказал Радио «Комсомольская правда», куда переселить людей из столицы, как проверять губернаторов при помощи пчёл и как он планирует захватить власть в Госдуме

Челышев:

— У нас в студии целая куча гостей. Владелец личного крестьянского хозяйства Герман Стерлигов.

Герман Стерлигов:

— Здравствуйте.

Челышев:

— Председатель центра возрождения натурального пчеловодства Сергий Стерлигов.

Сергий Стерлигов:

— Здравствуйте.

Челышев:

— Евгений Арсюхин, корреспондент радио «Комсомольская правда».

Арсюхин:

— Всем привет.

Челышев:

— Герман Львович, все ожидают от вас рассказа об импортозамещении, как накормить Москву качественными продуктами питания. Вы тут недавно всколыхнули столичную общественность своей просьбой к мэру Москвы Собянину разрешить езду на лошадях по велодорожкам. Зачем?

Герман Стерлигов:

— Это еще что! Мы тут договорились намедни с передовой женщиной, с главой администрации Лотошинского района, выйти с ней в леса и прорубить просеки от Лотошино до меня, до Слободы в Истринском районе.

Челышев:

— Зачем?

Герман Стерлигов:

— Для того, чтобы мы могли ездить на лошадях друг к другу. Для того, чтобы люди могли ездить на каретах, колясках, санях, не рискуя своей жизнью, когда ездят по тем дорогам, где мчатся автомобили на огромной скорости.

Арсюхин:

— Это километров сто?

Герман Стерлигов:

— Чуть меньше. Но нас же лишили выбора. Или езди на машине, или вообще ни на чем не езди. Это несправедливо. Кто хочет – ездит на машине, кто хочет – ездит на лошадях. Вот так справедливо. И поэтому рядом с автомобильными дорогами пора бы уже начать строить грунтовые дороги для передвижения верхом и в таком красивом и замечательном транспорте, о котором мы все, к сожалению, забыли.

Челышев:

— В своем личном крестьянском хозяйстве вы используете труд лошадей?

Герман Стерлигов:

— Конечно! У нас нет тракторов вообще. Мы сначала мучились 8 лет с тракторами и все делали тракторами. А потом мы попробовали лошадью. И у нас появился мужик, который умел делать. Мы-то городские жители были, мы ничего не умели. И поэтому мы представляли, что без трактора никуда. И он лошадью нам все так просто, быстро и ясно сделал в течение сезона, что мы продали все трактора и все навесное оборудование. И уже четыре года гора не знаем и работаем только лошадьми. У нас нет проблемы с пьяными механизаторами, с заправками, с ремонтами. Мы не тратим огромные деньги на покупку техники. Ведь люди, которые покупают трактор, вы вдумайтесь, сколько его надо окупать крестьянину, чтобы со своего огорода эта машина как-то окупилась.

Арсюхин:

— А лошадь можно съесть, если что.

Герман Стерлигов:

— Прежде всего лошадь производит других лошадей. Лошадь – это заводозаменитель. То есть не нужно «АвтоВАЗов», «КамАЗов», они сами жеребятся, и все время появляются новые лошади. И не надо миллионы людей занимать на производство средств передвижения и средств труда. Когда лошадь сама все производит. Господь так ее сотворил.

Арсюхин:

— Антон начал нашу беседу с того, как накормить Москву. Я знаю, что вы хотели бы расселить Москву. И вообще говорите: хватит кормить Москву. Правильно ли я вашу мысль передаю?

Герман Стерлигов:

— Нет, неправильно. Наоборот, я считаю, что кормить Москву надо только натуральными продуктами. И для этого надо расселить частично Москву. Чтобы не было такого огромного количества бездельников, чтобы часть из этих бездельников стали крестьянами. И тогда оставшимся в городе будут столы ломиться от натуральных продуктов питания. Вот об чем речь. Чтобы перестали травить Москву и стали кормить Москву. Вот что я предлагаю. У нас же сейчас огромная проблема, о которой мало кто вспоминает. Мы скоро попадем в такую ситуацию, когда у нас вообще не будет натуральных продуктов питания. Потому что вымирают пчелы. Гибнут целые популяции пчел.

Арсюхин:

— Они с Америки начали умирать. А может, они их специально того?

Герман Стерлигов:

— Нет, не специально. Это просто люди устраивают себе всякие развлекушки, типа мобильных телефонов. От этого гибнут пчелы. Люди устраивают себе всякие развлекушки типа автомобилей, от этого надо производить химические удобрения, потому что лошадей не становится. Ведь лошади производят натуральное удобрение, кроме всего прочего. Если нет миллионов лошадей, десятков миллионов лошадей, тогда могут быть только химические удобрения. У вас на столах может быть только отрава. И никак по-другому не может быть. Потому что натуральные удобрения – это лошадь. То есть навоз от лошади.

Арсюхин:

— Сколько людей, по-вашему, должно жить в Москве?

Герман Стерлигов:

— И в связи с пчелами, вот здесь присутствует сейчас сын мой Сергий. Он создал центр возрождения натурального пчеловодства. Такое, казалось бы, громкое название. Многие говорят о пчелах. Но он придумал реальное средство, как спасти пчел. У молодежи более свободна голова от всяких рамок и комплексов. Он придумал то, что меня поразило своей простотой. И я тут же поддержал его и стал советником его центра возрождения натурального пчеловодства.

Арсюхин:

— Сергий, ну вы совсем юный.

Челышев:

— Кстати, у Сергия сегодня день рождения.

Арсюхин:

— И сколько вам исполнилось?

Сергий Стерлигов:

— Пятнадцать лет.

Арсюхин:

— Рассказывайте, что вы такое придумали.

Сергий Стерлигов:

— Главная задача – вернуть пчел в лес, где они всегда жили до XVI века.

Арсюхин:

— Такое бортничество?

Сергей Стерлинов:

— Пасек не было вообще. Пасеки появились в XVI веке, начались массивные вырубки. И крестьяне стали переносить пчел из леса к себе домой или переносить на большие медоносы. Постепенно это начало механизироваться. И уже потом это вошло, из леса почти всех пчел забрали. И стали создавать только пасеки. Это было выгоднее, быстрее. Меньше проблем. Пчелы начали погибать. Потом появились института пчеловодства, начали внедрять разную химию. В СССР, когда начались колхозы,  был Госплан, о качестве никто не задумывался. Главное было – выполнить план.

Арсюхин:

— В шестнадцатом веке были нормальные леса, первичные. Сейчас лес вторичный, третичный. Даже не посаженный, самосейка. Вы леса откуда возьмете?

Герман Стерлигов:

— Вы абсолютно правы. С лесами сейчас очень плохо. Но и те леса, которые остались, в них вы не найдете пчел. Нам бы хотя бы заселить то, что осталось, пчелами. Нам хоть как бы сейчас выжить. Нам бы хоть каких бы пчел сохранить. Нам сейчас не до жиру после всей этой науки проклятой. Нам быть бы живу. Вообще восстановить все, что было, я считаю, невозможно. Научно-технический прогресс настолько разрушил экосистему планеты,  эту природу, что говорить о том, что мы все восстановим, это вообще глупости.

Челышев:

— И что вы уже делаете для того, чтобы пчел в лес вернуть?

Сергий Стерлигов:

— Для этого мы будем обучать пчеловодов зимой. И с весны начнем ставить бесплатно пасеки, денег с людей брать не будем. Будем ставить тысячи, сотни тысяч пасек. И там люди будут разводить натуральных пчел. И они будут обязаны выпускать большую часть роев, где-то 50-70 %, на волю. И пчелы будут сами уже находить. Сначала вылетает разведчик, находит в лесу дупло или дерево, которое им нужно. Потом прилетает, забирает рой и улетает. Отлавливать их будет нельзя. Так же, как нельзя их будет продавать.

Герман Стерлигов:

— И в этом задача лоббирования перед государством закона о том, что как лосей нельзя убивать, к примеру, и за это уголовное наказание, чтобы и пчел нельзя было забирать с леса, чтобы за это было уголовное наказание. Я – счастливый владелец крестьянского хозяйства. Потому что счастлив в наше время тот, кто владеет крестьянским хозяйством. Сыт и пьян тот, кто нынче владеет крестьянским хозяйством.

Арсюхин:

— Так сколько все-таки людей должно жить в Москве, чтобы это было нормально и оправданно?

Герман Стерлигов:

— До миллиона.

Арсюхин:

— То есть в двадцать раз меньше.

Герман Стерлигов:

— Примерно так, как было еще в Советском Союзе.

Челышев:

— Это если мы берем Москву в пределах МКАД. Как быть с Новой Москвой?

Герман Стерлигов:

— Новую Москву нужно расселять еще шире Московской области. Потому что те моногорода, которые есть в Москве, где производит, условно, завод «Пепси-колу», зачем нам эта отрава, когда мы можем квас прекрасно производить. И поэтому этот завод нужно закрывать. А безработным людям, у которых появляются проблемы, давать землю, стройматериалы, подъемные деньги. И выделять безо всякой процедуры оформления чудовищной землю для создания крестьянского хозяйства. И люди будут счастливы, что они потеряли работу на этом вонючем заводе «Пепси-колы» российской и переехали, стали хозяевами, не рабами уже, а хозяевами, гражданами России, у которых есть недвижимость и собственность. Раньше, вдумайтесь, в армию ни в одной стране мира не брали людей, у которых собственности нет, земли. Потому что чего им защищать?

Арсюхин:

— Потому что они как бы не граждане. Я знаю, для вас всякий раз напряжение – выезд в Москву. Сергий, наверное, редко бывает. Сергий, расскажите, вы приехали в Москву в очередной раз, в считанный раз, что вы чувствуете? Сидите в этом стекле, в бетоне, в пластике.

Сергий Стерлигов:

— Во-первых, как только въехал в Москву, у меня сразу начала кружиться голова, начало тошнить. Потому что все эти выхлопные газы, запахи.

Арсюхин:

— Непривыкший вы?

Сергий Стерлигов:

— Просто нормальный организм на это так же реагирует у всех, у кого он еще не отравлен. Плохое состояние.

Герман Стерлигов:

— А представляете, каково пчелам? Вообще пчелы не могут жить даже вокруг мегаполиса. Все пчелы гибнут. Вообще по отношению, мы сейчас начали заниматься политикой. Я возвращаюсь в политику с кучей народу. И мы будем проверять отношение губернаторов в России через их отношение к таким важнейшим вопросам как пчелы. Вот плохо губернатор относится к пчелам, плевать ему на пчел, значит ему на нас на всех плевать. Потому что нет другой системы опыления. Нет другого натурального средства получения продуктов питания, если нет пчел. Как в Китае сейчас – 30 тысяч человек искусственно опыляют поля. У них уже вместо пчел люди работают. В Китае уже чудовищная катастрофа экологическая. Китай – это пример того, куда идти не надо.

Челышев:

— Получается, Юрий Михайлович Лужков был хорошим мэром Москвы?

Герман Стерлигов:

— Слушайте, Юрий Михайлович Лужков был мэром Москвы. Вдумайтесь в это. Он мог разводить пчел где-то вне Москвы. Внутри Москвы Юрий Михайлович не мог разводить пчел. Потому что он не озадачился и не озаботился проблемой расселения мегаполиса. А это прежде всего задача мэров городов. Потому что это облегчение проблем ЖКХ, это решение проблем преступности во многом. Это решение демографических проблем. Это снижение электропотребления. И так далее. Это то, в чем заинтересованы городские власти. Не себе еще больше завезти миллионов каких-то гастарбайтеров, а, наоборот, снизить надобность в гастарбайтерах, снизить надобность в электроэнергии, снизить риск преступности, расселив частично мегаполисы. Вот этим должны заниматься на бюджетные городские деньги мэры городов. Договариваясь с областью о выделении земель для бывших городских жителей.

Челышев:

— Московское управление Федеральной антимонопольной службы ровно сегодня сообщило о возбуждении дел антимонопольных в отношении производителей колбас – «Царицыно» и «Черкизовский мясоперерабатывающий завод». Их обвиняют в том, что они, производя некоторые виды своей продукции, указывали, что они соответствуют требованиям ГОСТа. А на самом деле продукция не соответствовала. Вы, когда производите свою продукцию, ориентируетесь на такие вещи как ГОСТ, Росстандарт и так далее?

Герман Стерлигов:

— Все ГОСТы и Росстандарты – это нормативы по недопустимости сильного отравления людей. Все, что связано с ГОСТами, это все равно отрава. Просто есть отрава уж запредельная, и ГОСТы ограничивают такой беспредел.

Арсюхин:

— Чтобы работал, но не сдох прямо сейчас.

Герман Стерлигов:

— Да. У нас натуральная продукция. Там, где натуральный продукт, там не нужны ГОСТы. ГОСТ натурального продукта – это то, как сотворил Бог. Вот Бог сотворил – вот это и есть ГОСТ. А то, что придумывают люди ГОСТы для того, чтобы на заводах производить, это чтобы, как вы правильно сказали, быстро не передохли жители городов.

Арсюхин:

— Вы вообще колбасу едите?

Герман Стерлигов:

— Да нет, конечно. Мы свою делаем колбасу прекрасную. А магазинное мы ничего не едим. Я бы вообще возбуждал бы дела не по поводу нарушения ГОСТов, а по поводу отравления большого количества людей. Как отравителей бы судил. И прежде всего институты, которые спускают нормативы, средства и методологии, на основе которых работают заводы. Ведь не рабочий на заводе это придумывает все и не директор. Это ученые придумывают в НИИ. Они нас травят. Когда наконец наша власть поймет, что власть-то тоже травят как крыс, у них хотя бы обида какая-то должна возникнуть: ничего себе, мы власть, у нас триллионы, у нас полиция, у нас милиция, мы вообще власть, а нас травят как последний люмпен-пролетариат. Вот когда власти это будет обидно, мы никак не дождемся. Когда они начнут уже наконец вводить уголовную ответственность за вредительские научные разработки, на основе которых нас травят.

Арсюхин:

— Вы хотите практически Госдуму захватить, прийти туда не один, а с крестьянами, и занять много-много рядов. Расскажите про этот план.

Герман Стерлигов:

— Я вам скажу, не только с крестьянами. Потому что горожане заинтересованы в натуральных продуктах не меньше, чем крестьяне, а даже больше. Потому что крестьянин-то для себя может произвести, а горожанину выгодно, чтобы крестьян становилось побольше. Чтобы его кто-то кормил. Ведь это дураком надо быть, чтобы делать все, чтобы тебя никто не кормил. Если у тебя власть и деньги, создавай условия, чтобы тебя кормили хорошими продуктами. Чтобы у тебя было вообще все хорошо – от здоровья до женщин красивых и здоровых. Иначе какой смысл рваться к власти, зарабатывать деньги, если на них ничего купить нельзя, кроме отравы и уродства всякого. И поэтому горожане, я думаю, тоже будут кандидатами в депутаты от нашего собрания. Мы назвали это, как рабочий вариант «Собрание Стерлиговых». Потому что у нас нет партии, и нам нужно как-то идентифицироваться. Идентифицируются через меня, потому что я известный человек, который придерживается вот этой программы. И тот, кто поддерживает мою программу, тот как бы Стерлигов. Знаете, как говорили: «Я – «Шарли». Вот тут: «Я – Стерлигов». И безо всяких регистраций и прочего мы пойдем по одномандатным округам. Мы не рвемся к власти. Нам не нужна власть, я подчеркиваю это. Нам нужно десять законопроектов провести в Думе и сделать их законами. Про пчел, про продукты, про ГМО и так далее. То, чего никто не делает. То, чего никому не надо почему-то. И мы хотим собрать нормальных людей, которым это надо, и чтобы за нас проголосовала страна. И мы прием это в Думе, если люди за нас проголосуют. И нас будет много в Думе.

Арсюхин:

— Когда будет первый съезд вашей организации?

Герман Стерлигов:

— Он сегодня. У нас первый съезд у вас в «Комсомольской правде». Потому что у нас первые 12 кандидатов в депутаты уже здесь в ваших зданиях сейчас уже ходят в сапожищах своих крестьянских.

Арсюхин:

— Вот у вас борода, у них еще  больше борода, чем у вас. Это будет такая бородатая Госдума?

Герман Стерлигов:

— Это будет Дума бородачей.

Арсюхин:

— Вы поняли, что захват власти в России начинается прямо здесь и сейчас, в студии радио «Комсомольская правда». Мне кажется, что я сейчас просто рядом с Лениным стою на броневике, меня прет и штырит, если честно.

Герман Стерлигов:

— И не надо бояться человека с бородой. Бородачи – друзья народа. Но бородачи поддерживают, скажем, некоторых бритых людей. Таких как Владимир Владимирович Путин. Мы причем поддерживаем не огульно, знаете, как во всем хороший. Или не ругаем: во всем плохой. Мы всячески поддерживаем ту политику, которую сейчас проводит Путин в стране. Он дал возможность крестьянам работать. Он ввел санкции. А это начало возрождения наших крестьянских хозяйств. Он дал нам свободу воспитывать детей. У нас полная свобода вероисповедания. Мы в этом смысле очень сильно отличаемся от концлагеря западных стран – от Европы и Америки. Но некоторые вещи нам не нравятся в Путине.

Арсюхин:

— Ну например?

Герман Стерлигов:

— Допустим, он звонит педриле Элтону. Причем Песков рекламирует это на всю страну. Ну что это такое? Вот это мне не нравится. Есть то, что нравится, есть то, что не нравится. Но нравится больше.

Арсюхин:

— Хорошо. А Ткачев вам нравится?

Герман Стерлигов:

— Нет, Ткачев, я считаю, враг крестьян. И я считаю это не потому, что у него какой-то особый эмоциональный склад характера или он такой человек. Он представитель агрохолдингов. Агрохолдинги – это те, кто производит на основе… это завода по производству продуктов питания. То, что придумали ученые, как производить отраву. И вот Ткачев заботится об интересах агрохолдингов. Он министр сельского хозяйства. Он по должности заботится об интересах агрохолдингов. То есть о производстве отравы. И поэтому давит крестьян. Вот сейчас они придумали раскулачивать крестьян. Такое первое раскулачивание началось у нас после тех времен. Когда говорят, что на личном подсобном хозяйстве нельзя держать больше 20 или 10 голов скота. Это что такое? Ткачев, это что такое? Ты кто вообще есть?

Арсюхин:

— А Путин его поставил на этот пост.

Герман Стерлигов:

— Да, это плохо, это нам не нравится. Вот за это мы критикуем Владимира Владимировича и призываем его: убери Ткачева. Отшиби голову врагу народа.

Арсюхин:

— Кто лучший министр АПК, на ваш взгляд?

Герман Стерлигов:

— Не может быть хорошего, если меня поставить министром сельского хозяйства, я буду вести себя примерно так же, как Ткачев. Просто, может быть, помягче. Нам нужно создавать параллельно с Министерством сельского хозяйства структуру, которая поддерживает не агрохолдинги, а крестьян, возрождение крестьянства. Я предлагаю это назвать государственным комитетом по расселению мегаполиса. И чтобы возглавлял не владелец агрохолдинга, как Ткачев, а возглавлял крестьянин, который все понимает, чего надо делать. И вот эта структура будет помогать горожанам переезжать из городов, создавать свои крестьянские хозяйства. А во-вторых, устраивать все там, согласовывать с другими министерствами и ведомствами, от медицины до образования. И тогда это будет противовес Ткачеву. Если сейчас всю отраву запретить, люди от голода передохнут. Поэтому нужно постепенно вытеснять натуральными продуктами искусственные. Постепенно крестьянами вытеснять Ткачевых.

Челышев:

— Спасибо, Герман Львович.

Евгений Арсюхин

Источник: msk.kp.ru

Комментарии закрыты.